Глава II · 1940–1960-е · Письма, дневники и документы
Мамины дневники: читать ли то, что она писала только для себя
Елена начала историю 25 марта 2024
- В переписке
- 5 писем
- Последнее
- 20 сентября 2024
- Пишут
первое письмо: с него началась история
- От кого
- ЕленаВоронеж
- Кому
- всем, кто собирает семейные истории
Прошлой весной не стало мамы. Разбирали квартиру и нашли её дневники: двенадцать общих тетрадей, с 1971 года до середины девяностых. Брат говорит, читать нельзя, это личное, мама никому не показывала.
Я начала первую тетрадь: там про работу, про нас маленьких, про очереди, ничего такого. Но дальше мама пишет про отношения с папой, про ссоры, и мне неловко, как будто подглядываю. При жизни она про дневники говорила только «когда-нибудь выброшу». Не выбросила. Тетради лежали в серванте за посудой, мы бы их и не нашли, если бы не стали снимать полки. Как вы решали такие вещи?
Я начала первую тетрадь: там про работу, про нас маленьких, про очереди, ничего такого. Но дальше мама пишет про отношения с папой, про ссоры, и мне неловко, как будто подглядываю. При жизни она про дневники говорила только «когда-нибудь выброшу». Не выбросила. Тетради лежали в серванте за посудой, мы бы их и не нашли, если бы не стали снимать полки. Как вы решали такие вещи?
- От кого
- marina.popovaСамара
- Кому
- Елена
Тут нет правильного ответа. Мне кажется, важно разделить две вещи: прочитать самой и показать кому-то. Прочитать вы можете решить сами. Показывать брату, цитировать в семейной книге, это уже отдельный разговор. И можно читать и откладывать то, что тяжело, без обязанности дочитать до конца.
Я сам записи веду и скажу так: раз не сжёг, значит, хотел, чтобы прочитали. Но брата послушайте, может, это ему тяжело.
- От кого
- tanya_tverТверь
- Кому
- Елена
Бабушка как-то мимоходом сказала про свою тетрадку с песнями и записями: «Помру, читайте, только соседкам не пересказывайте». Я тогда записала это на диктофон, на всякий случай. Может, и у мамы было что-то сказанное вскользь, вспомните.
пишет автор истории
Через полгода отвечу. Прочитала все двенадцать тетрадей, медленно, по одной в две-три недели. Про папу там больше хорошего, чем я боялась, ссоры занимают от силы страниц двадцать на все годы. Брату дала только две тетради, про наше детство, остальное он пока не хочет.
В семейную книгу из дневников возьму несколько коротких кусков, про работу и про нас, а остальное оставлю как есть, в коробке, без копий. Николай, вы правы, она не выбросила. И Таня права: вспомнила, что мама однажды сказала мне «будешь читать, не смейся над почерком». Тогда я не поняла, о чём она.
В семейную книгу из дневников возьму несколько коротких кусков, про работу и про нас, а остальное оставлю как есть, в коробке, без копий. Николай, вы правы, она не выбросила. И Таня права: вспомнила, что мама однажды сказала мне «будешь читать, не смейся над почерком». Тогда я не поняла, о чём она.